Однако это только умилило и глубоко растрогало викинга. Он улыбнулся и погладил ее по щеке кончиками пальцев.

– Не волнуйся, малышка, я договорюсь с Олавом Гордым.

– Я не малышка.

– Для меня малышка. – Его взгляд невольно скользнул по ее груди. – Я хочу увидеть тебя без одежды, Зарабет. Я хочу целовать твою грудь, ощутить твое тело под собой и раздвинуть тебе ноги коленом. Ради этого я готов на все.

У нее перехватило дыхание. Зарабет уже казалось, что она понемногу привыкает к нему, но Магнус снова заставил ее покраснеть до корней волос.

Она отвернулась и стала разглядывать мутный ручеек у своих ног. Вокруг колодца было очень грязно. На этом пятачке всегда собиралось слишком много людей и животных. В воздухе витали запахи человеческой и звериной плоти и, казалось, нечем было дышать.

– А в той долине, где ты живешь, Магнус… там чисто? – спросила она неожиданно.

– Воздух там такой прозрачный, какой ты и представить себе не можешь.. Каждый год в долину приезжают новые люди, потому что там плодородная земля. Я даю им работу. Там нет такой грязи, как в твоем городе, Зарабет.

Она молчала и теребила накидку.

– Когда-нибудь я возьму тебя с собой в Киев. Воздух там чистый, холодный и резкий, так что даже дышать трудно. А когда начинаются дожди или снегопады, ты словно умираешь от ощущения, что это никогда не кончится. Если приплыть в Киев до снегопадов, есть риск не выбраться оттуда до весны. Река замерзает, и ты оказываешься у нее в плену на целых полгода.

Зарабет взглянула на него, и Магнус увидел в ее глазах такую тоску, что был поражен до глубины души. И еще понял, что перед мысленным взором девушки предстает все то, о чем он столь живописно рассказывает.